Н.К. Рерих Перекресток путей Будды и Христа 

Н.К. Рерих. Перекресток путей Христа и Будды
(Ступа в Ше). 1925 г.

Н.К. Рерих

Дары Востока

 

«Листы дневника» т.1. МЦР, М. 1995

 

 

Перед нами старинная монгольская монета. На ней и солнце, и луна, и семизначное созвездие Большой Медведицы, или Семи Старцев. Широкая мечта о поднебесьи. Мечта о чудесах и красотах Чингизова Великого Синего Неба.

Широкоохватно. 

Разве не широкоохватно, что монголы купали коней своих в Адриатике? Бывали монголы в Париже, в Лионе, в Валенсии. Монгол поставлял шлемы войску Филиппа Красивого. Алансон — от аланов. Аланы в ставках монгольских.

Широкоохватно, как и все проникновение Востока на Запад под знаком Крестовых походов и по следам Великих Путников. Часто Запад забывает, сколько наследий Востока он воспринял во все века, в века Марко Поло, Плано Карпини, Рубруквиса, Лонжюмо, д'Анселино и других смелых духом. 

«В блеске татарских мечей Русь слушала сказку Востока, которую когда-то сказывали и хитрые арабские гости по пути из варяг в греки». 

В 1202 году итальянец Леонардо да Пиза издает математический трактат «Либер абаци» с арабскими цифрами. У него же впервые и арабское «зифир» — нуль, пустота. Арабские цифры. Но сами арабы называют их индийскими. Дары Востока безграничны. И сейчас хазары в Афганистане. Алгебра, алидад, зенит, надир, азимут, наконец, Альдебаран, Алгол, Алтаир — все от арабов, все от Востока..

Оттуда же многое в медицине и естественных наука - алкоголь, аламбик, алкал, бура, амальгама — все от Востока. В Испании — арабский университет в Кордове и на юге Италии — в Салерно. Врач египетского султана излечивает Людовика IX. Слова: сироп, эулеп, элексир, камфора и многие другие запечатлены в восточной медицине. 

Даже в земледелии Восток дал полезные советы Западу. Маис — из Азии. Сахарный тростник, рис, индиго, целый ряд фруктовых деревьев и овощей имели родину в  Азии. Всякие пилигримы несли в заплечных мешках всевозможные семена и насыщали ими свою родную землю. Абрикос именовался грушею Дамаска. Эшалот от Аскалона. Артишоки, шпинат, эстрагон — все это арабские имена. Вина Кипра, Газ, Аскалона, изюм Греции и Палестины — все дары восточные. 

Арабские кони — карабахи, карашары, ослы, мулы, наконец, гепарды, так прекрасно изображенные на картинах Гоццоли — все из глубин Азийских. Утверждают, что ветряные мельницы — из Азии. 

Промышленность Востока издавна прельщала Европу. Сахар  Антиохии  и  Триполи.  Хлопок  Бейрута,  Алеппо, Акры. Шелк Тира, Тортозы, Тивериады. Муслин от Моссула. Муар, тафта, шифон — от арабов. Ковры иранские. Восточные составы красок. Кордуанская кожа, испано-маврские фаянсы. 

Среди терминов мореплавания — буссоль, адмирал, арсенал, муссон, фелюка, корвет, шаланда, тартана — все от Востока.

На полях битв войска Востока не были малым неприятелем. Не раз Запад среди войн с Востоком учился новым войсковым порядкам, дисциплине, бдительности, охранению и наблюдательности. Целые военные ордена создавались именно после приближения к Востоку. Западные войны заимствовали от Востока прекрасное оружие. Дамасские клинки и до сих пор звучат, как нарицательное лучшего качества. 

Малые  щиты-торчи.   Сарацинские  кольчуги,   зарцала и  бахтерцы, восточные шлемы-мисюрки и сколько другого всевозможного и вооружения, и конского снаряжения имеет свое происхождение на Востоке. Не забудем, что повсеместно принятое слово «улан» есть слово чисто монгольское. В русском обиходе пестреет множество монгольских слов, глубоко угнездившихся: есаул, куяк, мерен, тамга, ям, ярлык, яр, караул,  доха, чумбур, аргамак и множество других обычных для русского уха. 

На Востоке крестоносцы, чтобы различаться в бою, начали начертать на щитах первые символические изображения, coхранившиеся потом как родовые гербы. Много из геральдических животных имеют свою восточную основу: единороги, слоны, львы, грифоны. Сама раскраска щитов, даже в названиях сво­их, напоминает и Персию, и другие страны Востока.

Бесчисленные благовония, духи, помады и косметики при­текали с Востока. Названия мебели и обихода оттуда же: диван, балдахин, альков, сундук, графин, джар — все оттуда же, так же, как и названия многих драгоценных камней. Даже слово «галета» напоминает нам Галату. 

Часто восточные народы изображались нетерпимыми, жестокими, безнравственными, предательскими. В то же время мы имеем несомненные доказательства их терпимости, человечности, благотворительности. Мы восхищаемся храбростью и мужеством Чингис-хана и всех прочих воителей и Дальнего и Ближнего Востока. Сарацины назывались невежественными варвара­ми, а в то же время по школам их и по их цивилизации, по наукам и по искусству их можно было видеть, насколько иног­да они превосходили гордый Запад. Соприкасание с народами Востока явилось одним из важнейших импульсов средневе­ковья. Оно вызвало во всех областях неожиданное пробужде­ние. Это был первый расцвет, первый Ренессанс. 

Послушаем, что говорит о современных монголах Ларсен, посвятивший Монголии более сорока лет своей жизни. Конечно, Ларсен встречался со всевозможными монгольскими родами и знает их в разных проявлениях основного характера. Такие свидетельства, почерпнутые из многолетнего опыта, всегда цен­ны. В книге своей о Монголии Ларсен замечает:

«Общие впечатления иностранца, проезжающего через Монголию, будут о безнадежности военной силы этой страны, но в действительности военная мощь Монголии вовсе не так мала, как случайный наблюдатель может думать. Каждый монгол — хороший наездник и прекрасный стрелок. Все население увлекается охотою, как спортом. Монголы стреляют с седла и с детства приучаются к луку и стрелам и к лассо на скачущих конях. 

Лук и стрелы, даже в недавнем прошлом, были главным монгольским оружием. Соревнования в стрельбе из лука являются годовым праздником во многих монгольских родах... Требуется верный глаз и твердая рука, чтобы пустить стрелу в цель, обернувшись во время скока лошади. Монголы, научившиеся этой верности со стрелами, оказываются чудесными стрелками из винтовок, с которыми они научаются обращаться с неожиданной легкостью. Монголы, вооруженные винтовками, посланные в битву, редко минуют, чтобы не свалить врага каждым своим выстрелом. 

Монголы любят свою страну, много превосходя в этом глубоком чувстве все народы, с которыми я встречался. В защите своей страны они всегда имеют преимущества. Они испытаны в распознавании расстояний, приучены к чистому воздуху и к высотам и могут судить о дальности расстояний лучше посторонних. Монголы очень умны в маневрировании и испытаны в преследовании своего врага и в окружении его. 

Монголы обладают необыкновенной выносливостью и могут проходить большие расстояния без пищи или воды и выдержи­вать превратности погоды. Физически они необыкновенно при­способлены. И ламы и светские люди закалены всякими перехо­дами и ежедневными продолжительными скачками на своих не­объятных равнинах... В дополнение к активному сопротивлению монголы обладают терпеливою мощью сопротивления пассивно­го, победить которое еще труднее. Они не поспешают в битву. Население Монголии, живя в юртах, может уйти в течение ночи. Стада будут угнаны, источники будут уничтожены, так что вторгающийся в Монголию найдет себя в совершенной пустыне без пищи и воды, оставленный среди немилосердной природы. 

В течение моей жизни в Монголии многое случилось, кото­рое убедило меня, что монголы вполне способны выдержать на­тиск врага, что и отмечено в летописях о днях самого Чингис­хана». 

Показания таких свидетелей, не случайных проезжих, но посвятивших жизнь Монголии, чрезвычайно ценны. Швед Ларсен принадлежит именно к типу людей наблюдательных и сам знающий, что значит суровые условия природы. Ларсен совер­шенно верно отмечает и активную и пассивную мощь монголов, эту же мощь можно отметить и на всем Востоке. 

Запад действительно многое самое ценное воспринял от Во­стока. И религии, и философии, и многие другие ценнейшие нахождения по справедливости должны быть отнесены именно к Востоку, к Азии. Почему это так, а не иначе — не нам судить. Историк лишь может считаться с действительностью. И никто никакими предположениями и доводами не может поколебать эту великую действительность даров Востока. 

В свое время я был рад получить книгу доктора Хара Давана о Чингис-хане. Автор сам принадлежит к народам Востока, и по­тому его проникновенные оценки еще более убедительны. Он знает, о чем говорит. Также необыкновенно глубоко понимал великого воителя Азии и недавно скончавшийся Владимирцов. Как ценно встречать в жизни справедливые суждения. 

Признательность есть качество Архатов. Следуя этому примеру, будем признательны о всех великих дарах во всей их сво­еобразности и значительности. 

Великое Синее Небо. 

24 Мая 1935 г.

Цаган Куре 

Nicholas Roertch. «Himavat». Allahabad, 1946