Н.К. Рерих Гесер-хан

Н.К. Рерих.  Гесэр-хан. 1941 г.

 

Ю.Н. Рерих

 

Сказание о царе

 

Кэсаре   Лингском

 

Ю.Н. Рерих, «Тибет и Центральная Азия»,

статьи, лекции , переводы. Самара, 1999, стр. 56 - 87

Более столетия эпос о Кэсаре, героическая сага Тибета и Монголии, известен исследователям фольклора, но до сих пор наше знание различных версий этого эпоса, их происхождения и влияния на эпос тибетских и монгольских кочевых племен не продвинулось далеко. Подобное неудовлетворительное положение, главным образом, является результатом недоступности Тибетского нагорья и невозможности проведения исследования всех существующих версий. Без такого предварительного исследования невозможно подойти к решению запутанного вопроса о происхождении эпоса о Кэсаре, его датировке или к проблеме его монгольских версий. Первые сведения о царе Кэсаре (монг. Гэсэр) доставил в Европу П.С. Паллас, давший описание храма Кэсара [1]. Несколько позже Б. Бергманн опубликовал перевод 8-й и 9-й глав «Сказания о Кэсаре» [2]. Е.Ф. Тимковский привел краткий пересказ тех же двух глав (Битва Кэсара с двенадцатиглавым демоном и его возвращение в Линг; его битва с Андалма-ханом) в своей книге «Путешествие в Китай через Монголию в 1820 и 1821 гг.» [3]. Академик Я. Клапрот в 1823 г. опубликовал в альманахе «Северный архив» статью о Кэсаре (Гэсэре) и установил его тождество с Гуань-ди, или Гуань-юй, героем известного китайского исторического романа «Троецарствие». В 1839 г. академик Я. Шмидт опубликовал немецкий перевод монгольской версии эпоса о Гэсэре, напечатанной в Пекине в 1716 г. по приказу императора Канси [4]. В этой версии были первые семь глав эпоса о Гэсэре, и недавно это монгольское издание переведено на русский язык С.А. Козиным [5]. Блестящий анализ эпоса был дан в очерке В. Шотта [6]. Таковы первые работы, посвященные сказанию о царе Кэсаре (Гэсэре), существующему в Тибете и Монголии в виде объемного эпоса. Уже Гримм правильно указал, что эпос, вероятно, появился среди кочевых племен Тибетского нагорья. Наиболее ранние исследования рассматривали монгольскую версию эпоса. Ученые знали, что существует и тибетская версия, но о ней было мало сведений. В 1884-1886 гг. известный русский исследователь Тибета и Монголии Г.Н. Потанин смог записать фрагменты амдоской (Северо-Восточный Тибет) версии эпоса о Кэсаре [7]. Затем в 1900 г. последовала публикация А.Г. Франке [8] западнотибетской версии эпоса [9]. Теперь мы знаем, что этот эпос существует в Западном Тибете (Ладак, Занскар, Рупшу, Лахул-Га-ржа, Спити) и по всему кочевому поясу Северного Тибета, а особенно популярен он среди племен Северо-Восточного и Восточного Тибета, или Кама.

Этот эпос существует в Тибете в устной и рукописной форме, а некоторые его главы также и в печатном виде. Существование печатной версии эпоса о Кэсаре долгое время отрицалось. Сэр Чарлз Белл утверждал, что подобного издания нет [10]. Сходного мнения придерживалась А. Давид-Нель, известная французская исследовательница Тибета, приводившая мнение на этот счет нынешнего вождя Линга (gLing) в Северо-Восточном Тибете [11]. Печатная версия эпоса в несколько сокращенной и «отредактированной» форме тем не менее существует. Музей этнографии в Берлине обладает одним томом (из трехтомника), сохраненным братьями Шлагинтвейт. Д-р Бертольд Лауфер упоминает трехтомное издание эпоса о Кэсаре, напечатанное в Лхасе [12]. Я никогда не встречал этого издания, но видел печатное издание из Кама, в Восточном Тибете, главы «Война с племенами хоров» (Hor-dmag-skor). Печатная версия этой главы несколько короче рукописной и, вероятно, была «отредактирована» староверами тибетского буддизма, ньингмапинцами. Теперь мы можем утверждать, что существует несколько версий тибетского эпоса о царе Кэсаре. В районе Северо-Восточного Тибета известно несколько вариантов. По крайней мере две версии известны в одном только Амдо. Копия одной из амдоских версий эпоса была привезена Т.Н. Потаниным и сейчас хранится в Публичной библиотеке в Ленинграде [13]. Фрагменты другой версии из Амдо были записаны мною и будут опубликованы в статье, посвященной диалекту Амдо. Известно, что эпос о Кэсаре существует среди племен банаков (sBra-nag, «черных пала­ток») в районе Кукунора и среди многочисленных племен голоков (mgo-log) и восточных хорпа. К сожалению, наше знание этих двух версий очень скудно, и мы не можем даже установить их отношение к амдоской версии эпоса. Среди банаков Кэсар почитается как один из анъе (A-myes), защитных божеств [14]. Очень велика популярность эпоса о Кэсаре среди племен голоков. Считается, что Кэсар оставил свой волшебный меч в стране голоков, и многие горные вершины и местности в стране голоков связаны с именем Кэсара, например высокий снежный массив Аньемачен (A-myes-ma-chen), доминирующий над всем районом, в народе называют «Гэсар побранг», т. е. «дворец Кэсара». А. Давид-Нель дала французский перевод камской версии эпоса [ 15], а д-р А. Тафель воспроизвел несколько фрагментов эпоса, записанных им в Дьекундо в Северном Каме [16]. Сообщают, что тибетская версия эпоса существует среди шара-уйгуров Наньшаня [17]. Далее к западу и к югу эпос известен по всему кочевническому поясу Чантанга (byan-thang), или великого Тибетского северного нагорья, среди кочевых племен Сиккима, Бутана и во всем Западном Тибете (район Кай­ласа, Рупшу, Лахул-Гаржа, Спити, Занскар и Ладак). В районе Западного Хора, или Нуб-Хор (район хребта Данг-ла, к северу от Нагчука), эпос очень популярен среди племен хоров, исповедующих древнюю религию бон, и я сам видел очень красивую рукопись эпоса о Кэсаре в 16 томах у одного вождя [18]. Далее к западу эпос известен среди чангпа (byan-pa), «северян» района Великих озер, расположенного непосредственно к северу от Трансгималаев (районы Намру, Нагчанг и Бумра). Западнотибетская версия стала известна благодаря А.Г. Франке [19].

В европейских и американских библиотеках имеется несколько версий эпоса. В библиотеке Института востоковедения РАН есть две версии тибетского эпоса [20]. В США рукописи эпоса имеются в библиотеке Пирпонта Моргана в Нью-Йорке и в библиотеке Конгресса (сокращенное жизнеописание Кэсара, подаренное В.В. Рокхиллом). Полный эпос встречается очень редко. В большинстве случаев известные рукописи эпоса о Кэсаре содержат только отдельные главы или книги (так называемые кор, или намтар), такие, как «Уничтожение царя-демона», «Рождение Кэсара», «Война с хорами». Количество глав в различных версиях эпоса сильно варьируется. Некоторые содержат только главы о «Рождении Кэсара», в которые включается история его женитьбы, глава «Уничтожение царя-демона севера» и глава «Война с хорами». В некоторых местностях известны только отдельные главы, например, глава «Война с хорами». В Амдо, на северо-востоке Тибета, широко известны следующие главы.

1.«Рождение царя Кэсара Лингского». По всему Амдо эта версия эпоса называется Дзамлинг-санг ('Dzam-gling tshang).

2. «Уничтожение царя-демона севера» (bDud-'dul).

3. «Война с хорами» (Hor-dmag-skor).

4. «Завоевание Китая» (rGya-'dul).

5. «Война со страной Джанг» (lJang-skor).

6. «Завоевание страны Мон» (Mon-'dul).

Западнотибетская версия, изданная А.Г. Франке, содержит главы о «Рождении Кэсара», историю его юности и женитьбы на Бругуме (Бругмо северо-восточных тибетских версий), рассказ о посещении Кэсаром Китая, об уничтожении царя-демона севера и главу «Война с хорами». Нужно добавить, что глава «Война со страной Джанг» также существует в Западном Тибете. В Лахул-Гарже известно о существовании только двух глав: «Война с хорами» и «Война со страной Джанг».

В камской версии, записанной А. Давид-Нель, есть главы о «Рождении Кэсара», его борьбе с царем-демоном севера, о возвращении Кэсара в Линг и его войне с хорами, о войне со страной Джанг, войне с царем юга и царем Тагзига (sTag-gzig),  т.е. Ирана.

Западнотибетская версия эпоса, записанная А.Г. Франке, имеет пролог, содержащий историю 18 героев (dpa'-bo) страны Линг, а камская версия А. Давид-Нель содержит пролог о том, как гуру Падмасамбхава искал девушку, которой было предначертано стать матерью царя Кэсара.

Нубхорская версия эпоса, которую я имел случай видеть в земле западных хоров, тесно связана с северо-восточными тибетскими версиями.

В Северо-Восточном Тибете к эпосу постоянно добавляются новые главы. Так, в Хуари, в Нижнем Амдо, один монах недавно сочинил новую песню для главы «Война с хорами», описывающую военные приготовления войск под командованием Чаджанга Данма Джангкхра в Линге, и песню о завоевании Джанга. В Амдо ньингмапинский лама Тагшампа сочинил песню об Астаг-лхамо, супруге царя-демона (bDud-rgyal-gyi btsun-mo), ставшей впоследствии одной из 18 жен царя Кэсара. Песня пользуется огромной популярностью (устное сообщение Геше Гедун Чойпела).

Большая часть эпоса о Кэсаре, вероятно, родилась среди кочевых племен Северо-Восточного Тибета. Не исключено, что многие мотивы были заимствованы из иностранных источников. С древних времен земли кочевников Северо-Восточного Тибета служили своего рода убежищем для кочевых племен, вынужденных укрываться в горных твердынях Тибета от политических волнений в степном поясе Центральной Азии. Несомненно, что эти пришельцы приносили с собой свои племенные сказания и песни, постепенно включавшиеся в эпос тибетских племен, — эпос о Кэсаре, могучем царе-воителе из Линга. Мы все еще не можем разобраться в истории и эволюции эпоса, отличить оригинальную тибетскую основу от посторонних мотивов. Эпос о Кэсаре показывает его героев, живущих в стране с наполовину оседлым, наполовину кочевым населением. Богатые владеют замками (называемыми побранг, или кхар) — каменными строениями с укрепленными стенами и сторожевыми башнями. Простые люди живут в палатках, черных палатках тибетских кочевников. У кочевников большие стада скота, состоящие из яков и помеси яков с домашним скотом (тиб. дзо). Любимые занятия — охота на диких яков (бронг), диких ослов (киянг, лат. Equus kyang), скачки на лошадях и воинские схватки. Все это хорошо знакомые темы на тибетском северо-востоке, и можно сказать, что эпос точно воспроизводит жизнь кочевников в Северо-Восточном Тибете.

Невозможно все еще датировать эпос о Кэсаре, таким каким мы его знаем, но его определенные черты, например, войны Кэсара с племенами хоров (т. е. тюркскими племенами севера), его завоевание Восточного Тибета (война со страной Джанг), завоевание юга (Монъюл, или гималайс­кие долины), война с царем Тазига (страны, лежащей между Западным Тибетом и Ираном) и история женитьбы Кэсара на дочери китайского императора, показывают определенное сходство с историей известного тибетского царя Сонгценгампо. Эти черты указывают, что эпос о царе Кэсаре сложился или по крайней мере принял свою нынешнюю форму после периода тибетской империи, т.е. после первой половины IX в.

Язык эпоса, на который часто влияли разговорные диалекты Тибета, не позволяет сделать какие-либо выводы ни о датировке эпоса, ни о его происхождении. Эпос о Кэсаре распространился по всему Тибету, а особенно среди кочевых племен севера и северо-востока. В каждом районе его рассказывают на местном диалекте, но тема эпоса, основные эпизоды из жизни царя Кэсара остаются неизменными. Естественно, отмечаются значительные различия в деталях, которые часто вводятся из местного фольклора и племенных сказаний. Редкость рукописных версий эпоса приводит к серьезным различиям в устных версиях, которые значительно отличаются в деталях. В некоторых версиях все еще прослеживаются определенные следы происхождения из Северо-Восточного Тибета. Язык устных версий — это не классический письменный тибетский, по стилю он приближается к повседневному разговорному языку с определенными архаизмами. Так, ладакская версия, изданная А.Г. Франке в Bibliotheca Indica, читается вслух на разговорном диалекте Ладака. Вообще говоря, языковой стиль устных версий в значительной степени зависит от грамотности рапсода. Рапсоды с хорошим знанием литературного языка отваживаются сохранять литературный характер языка, тогда как те, кто выучил эпос наизусть, при чтении стараются использовать свой диалект.

Рукописные версии эпоса о Кэсаре, найденные в Тибете, показывают определенное сходство с вариантами Северо-Восточного Тибета. Устные версии, как кажется, выросли из рукописных версий, но сильно увеличились в объеме и обогатились множеством деталей, отсутствующих в рукописных версиях. С лингвистической точки зрения, рукописные версии написаны языком и стилем, сильно сходными с тибетскими песнями и балладами, многие из которых восходят к добуддийскому периоду. Язык рукописных версий указывает на северо-восток Тибета и Кам. (Формы настоящего времени gda-'ba, формы прошедшего времени thel и словарь. Например, a-gu ладакской версии, представляющее местное произношение тибетского а-khu, «дядя», как показал д-р Б. Лауфер). Частое использование определенно­го слова в западнотибетской версии может указывать на его восточнотибетское происхождение. Акху (дядя) — это обычная форма обращения на востоке и северо-востоке Тибета (в Амдо — a-k'ї).

Язык печатных версий ближе к классической форме тибетского языка. Сходство основных эпизодов указывает на существование примитивного эпоса о Кэсаре, который, вероятно, сложился среди тангутских и тибетских племен северо-востока. Осмелюсь предложить следующую схему стадий развития эпоса о Кэсаре.

1. Примитивный эпос о Кэсаре — героический эпос, сложившийся среди тангутских и тибетских племен северо-востока.

2. Рукописные версии эпоса (в некоторых сильно отличающихся версиях доминируют буддийские элементы).

3. Печатная сокращенная версия эпоса, «отредактированная» ньингмапинскими ламами в Каме. (Derge rDzogs-chen dgon-pa). 

4. Устные версии эпоса, сильно окрашенные местным фольклором.


Эпос о Кэсаре в его примитивной форме, вероятно, представлял собой героический эпос кочевников. Едва ли возможно установить, какие из извес­тных частей принадлежали примитивному эпосу, но представляется вероятным, что рассказы о войнах царя Кэсара с племенами хоров, т. е. тюркскими племенами Центральной Азии, война со страной Джанг и в долинах Южных Гималаев, а также описания битв и поединков между знаменитыми воинами принадлежат к древнему кочевому эпосу и, вероятно, составляли часть примитивных эпических песен о царе Кэсаре. Постепенно исходный сюжет эпоса стал обогащаться множеством деталей, заимствованных из местного фольклора, и это указывает на то, что эпос о царе Кэсаре содержит многочисленные параллели с европейским фольклором. Исходный сюжет эпоса тесно переплетен со сказочными мотивами. Тибетские версии состоят из прозы и обширных поэтических фрагментов. В устных версиях поэтические фрагменты, как кажется, преобладают, и представляется более чем вероятным, что исходный эпос о Кэсаре состоял из поэтических частей. Стоит также отметить, что большинство архаизмов, имеющихся в языке эпоса, обнаруживаются именно в верифицированных частях. В то время как все известные версии тибетского эпоса о Кэсаре обнаруживают значительное сходство в основных эпизодах эпоса, местные версии существенно различаются в деталях. Некоторые версии несомненно «редактировались» в буддийской среде, другие, как, например, западнотибетская, записанная д-ром А.Г. Франке, несет безошибочный отпечаток западнотибетского фольклора. А.Г. Франке придерживался мнения, что этот эпос тесно связан с добуддийской мифологией Тибета и даже пытался интерпретировать его в терминах мифологии природы (мифы весны и зимы). Г.Н. Потанин, напротив, настаивал на его эпическом характере и даже высказывал мнение, что этот эпос, вероятно, появился среди тюркских племен Центральной Азии, и сравнивал его с романом об Александре [21]. Вероятно, в своей исходной форме эпос о Кэсаре имел добуддийскую основу, и даже в современном тексте эпоса можно найти частые аллюзии тибетской религии бон. Так мы находим частые обращения к основателю бона Шэнрабу Мибо (lha-skyabs-su bsdod-do Bon-gyi lha-bon ston-pa gŠan-rab bka'-drin-che). В эпосе говорится о трех главных подразделениях или сферах мира: sTen-lha, небеса, где правит dPon-po brGya-byin, или Шатакрату-Индра, и его супруга bKur-dman rgyal-mo (или A-ne bKur-dman-mo, также именуемая 'Bum-Khri rgyal-mo); bar-btsan или mi-yul, мир людей, и Yog-klu, подземный мир, или мир нагов. В тексте эпоса часто можно найти такие древние шаманские концепции, как «Высокое голубое небо» (Gon-sngon nam-mkha'). Буддийские элементы, проникшие в эпос, заменили Индру, brGya-byin, на Гуру Падмасамбхаву, а сам Кэсар стал защитником буддийской веры и строителем буддийских монастырей. В начале стихотворных частей теперь можно найти обычные буддийские обращения к Триратне (sKyabs-dkon-mchog gsum-la gsol-ba-'debs).

Прежде чем дать краткий очерк содержания эпоса, необходимо сказать несколько слов о рапсодах, в чьей среде он сохранился, и которые постепенно приняли на себя роль жрецов или заклинателей царя Кэсара. Среди рапсодов эпоса о Кэсаре можно найти как профессиональных странствующих сказителей, отличающихся особой одеждой, так и обычных людей, мужчин и женщин. Декламация эпоса может занимать от трех до десяти дней. Эпос поют или, часто, читают нараспев. Профессиональный сказитель часто может импровизировать целые отрывки во время исполнения. Я хорошо помню мой опыт со сказителем эпоса о Кэсаре, которого я пригласил, чтобы записать. Этот сказитель непрерывно импровизировал, и когда бы я ни попросил его повторить спетый им кусок, он всегда пел несколько отличающийся вариант. Профессиональные сказители редко пользуются рукописями эпоса во время исполнения. Они знают его наизусть и часто поют в состоянии своеобразного транса. Непрофессионалы, напротив, читают его по рукописи и редко знают наизусть, за исключением нескольких фрагментов. Странствующие сказители отличаются особой одеждой. Эти сказители (sgrun-pa или sgrun-bšad) носят на голове особую высокую шапку, называемую «шапкой сказителя», sgrun-žwa. Белая шапка украшена изображениями солнца и луны, она остроконечна, с тремя треугольными отворотами, отороченными красным. Сказители носят белый тибетский халат, чупа. Следует отметить белый цвет халата и шапки, ведь белый — это цвет ритуальных украшений у бонских жрецов и заклинателей. Странствующий сказитель эпоса о Кэсаре всегда носит с собой красочное изображение, танку, представляющую жизнеописание царя Кэсара, и стрелу, украшенную многоцветными (синими, зелеными, желтыми и красными) церемониальными шарфами, хадаками. Этой стрелой, датаром (mda'-dar), сказитель указывает на различные эпизоды эпоса, изображенные на картине. Некоторых самых знаменитых сказителей сопровождает группа учеников, изучающих искусство пения и декламации эпоса. В провинции Амдо на северо-востоке Тибета сказители эпоса о Кэсаре часто принадлежат к древней религии бон. Очень часто сказитель эпоса известен также как заклинатель. Среди голоков и хорпа на северо-востоке Тибета эпос читают во время погребальных церемоний. Перед таким чтением готовят ровную площадку и посыпают ее цзампой, ячменной мукой. Слушатели сидят вокруг этой площадки, а сказитель — лицом к ней. Чтение продолжается несколько дней. Обычно говорят, что часто на площадке появляются следы копыт, и верят, что это следы могучего боевого коня царя Кэсара, вызванного сказителем. Некоторые сказители ведут оседлую жизнь и женятся. В таких случаях сыновья часто наследуют занятие отца и, в свою очередь, становятся сказителями. В Западном Тибете, в Ладаке, эпос поют сельские музыканты, бэда. Одна из версий эпоса, записанная А.Г. Франке (его «первая рукопись»), была начитана 16-летней девушкой [22]. В некоторых районах Тибета эпос о Кэсаре и его певцы преследуются ламаистским духовенством, и это как-то отражается на популярности эпоса (в народе верят, что царь Кэсар был смертельным врагом идама Чамринга). В последнее время последователи школы «староверов» (ньингмапа) и гелугпа пытаются присвоить популярный эпос. В Каме среди ньингмапинцев бытует служба, нога, и церемония подношения торма в честь царя Кэсара, почитающегося защитником веры, чойджоном. В Амдо среди последователей школы гелугпа часто можно услышать неожиданное утверждение, что сам Цзон-хава, тибетский реформатор, был когда-то жрецом (амчод) царя Кэсара Лингского!

Имя царя Кэсара связано главным образом с Лингом, в Северо-Вос­точном Тибете, расположенном к юго-востоку от Джьекундо, между Джьекундо и Канце. В 1905-1906 гг. это место посетил А. Тафель, а впос­ледствии А. Давид-Нель. Нынешний вождь Линга считает себя потомком сводного брата царя Кэсара.

Теперь позвольте вкратце рассказать о содержании знаменитого эпоса, как его поют в Тибете.

Первая глава или книга тибетской версии эпоса о Кэсаре содержит рассказ о посылке Кэсара на землю для борьбы со злом. Согласно некоторым версиям (западнотибетская, северо-восточная — амдоская и монгольская версии), Кэсар считается младшим сыном Шатакрату-Индры (brGya-byin) по имени Дондуб (в монгольской версии, переведенной Шмидтом и вторично Козиным, Кэсар Дондуб считается средним сыном Индры — Юйлэ бютугэгчи, или Дондубом). В тибетской версии эпоса, переведенной на французский А. Давид-Нель и ламой Ионгденом, царь Кэсар считается посланцем Падмасамбхавы. Согласно этой версии, Гуру Ринпоче, или Падмасамбхава, решает отправить в страну Линг посланца для борьбы со злом. Его выбор пал на Тхубпа Габа, сына Хорло Демчога и Дордже Пагмо (Ваджраварахи). Эта версия, несомненно, родилась в среде ньингмапинцев, или «староверов» Восточного Тибета, где эта школа до сих пор сильна и имеет многочисленных последователей в окрестностях Дерге и Дзогчен-гонпа. Перед тем как сойти в Линг, будущий царь Кэсар просит богов дать ему боевого коня, которого «не может одолеть смерть», седло, украшенное драгоценными камнями, шлем, меч, кольчугу, лук со стрелами и двух воинов, которые бы сопровождали его и помогали ему. Затем Падмасамбхава отправляется в царство нагов в поисках девушки-нагини, которая могла бы стать матерью царя Кэсара. Его выбор пал на Дзеден (mDzes-ldan). Падмасамбхава приказал ей отправиться в Линг. По прибытии в страну Линг Дзеден поступила на службу к жене Сенглона (Seng-blon, Давид-Нель пишет это имя Синглен), вождя Линга. Из ревности жена Сенглона отсылает девушку-нагиню на горный перевал, известный как обиталище злых духов. По дороге на перевал Дзеден уснула и таинственным образом забеременела. По возвращении в стоянку Сенглона у нее родился мальчик.

Согласно амдоской версии, боги Лхацин (Lha-byin) и Анэгонмен-гельмо (A-ne Gon-sman rgyal-mo) сначала послали своего старшего сына навестить страну Линг, но он вернулся с полпути. Затем был послан средний сын, но и он вернулся, не добравшись до страны Линг. Наконец младший сын просит разрешения надеть шлем и кольчугу своего отца. Вскочив в седло, он ускакал в страну Линг. Вернувшись, Дзамланг-санг (Кэсар) просит Анэгонмен-гельмо дать ему пригоршню крови из носа муравья и пригоршню жил вшей, без чего якобы он не может поехать в страну Линг. Дзамланг не хочет покидать царство богов (lha'i-yul) и поэтому просит трудновыполнимое. Наконец, следуя воле богов, Дзамланг-санг, будущий царь Кэсар, принимает обличье белой птицы (bya dkar-po) и спускается на землю Лин­га. Жена Чотуна, одного из старейшин Линга, видит большую тень, опускающуюся на землю. Она говорит своему мужу, что это плохое предзнаменование и что, вероятно, Кэсар воплотится в Линге. Однажды утром у женщины по имени Гаксалхамо ('Gag-bza'lha-mo) родился сын, которого назвали Цзорэ (Co-re, или Cho-ris). В ту пору страна Линг платила дань людьми царю демонов-людоедов. Когда глава демонов (bdud-rgan) Чамбалакрин (Khram-pa Lag-rin) прибыл в Линг за данью, вождь Аку Чотун (A-Khu Khro-thun) решил принести в жертву новорожденного сына Гаксалхамо. Мать горько заплакала, но мальчик сказал ей: «Не оплакивай меня! Когда глава демонов придет, скажи ему, чтобы он широко раскрыл рот, и положи меня ему прямо в пасть». Царь демонов приблизился к юрте Гаксалхамо. Женщина положила своего сына на лопату и поднесла его демону с такими словами: «Глава демонов, проглоти моего ребенка, не кусая его!» Когда Чамбалакрин проглотил Цзорэ, мальчик распрямился в глотке людоеда и закупорил ее. Корчась от боли, демон пробормотал: «О, Цзорэ, спускайся быстрее в мой желудок!» Но Цзоре не послушал демона, и тот умер в страшных муках. Много раз пытался Чотун уничтожить Кэсара с помощью могучих демонов-магов. Однако из каждого испытания Кэсар выходил победителем.

Вторая часть главы о рождении Кэсара повествует о женитьбе Кэсара на Другмо ('Brug-mo), руки которой домогался старый Чотун. Были устроены состязания претендентов на руку Другмо, из которых Кэсар вышел победителем, и получил Другмо в жены. Боги напоминают Кэсару, которого в амдоской версии всегда называют Дзамланг-сангом, о его обязанности пойти и уничтожить главу демонов-людоедов на севере. Кэсар идет на север, чтобы расправиться с царем демонов, и оставляет Другге (Другмо). По прибытии в лагерь царя демонов он узнает, что тот уехал на охоту. Кэсар уговаривает жену демона Мезабумкьи помочь ему расправиться с ее мужем. Мезабумкьи соглашается и прячет Кэсара в замке царя демонов, рассказав, каким образом можно расправиться с людоедом. Вернувшись с охоты, тот своей волшебной силой почуял опасность. Он спросил об этом свою жену, но та успокоила его, и демон уснул. Тогда Кэсар вышел из тайника и убил царя демонов. Но Мезабумкьи дает выпить Кэсару волшебный напиток, отчего он забывает прошлое, страну Линг и остается жить с Мезабумкьи во дворце царя демонов. Тем временем царь хоров Кюркар (Gur-dkar), решив жениться, посылает ворона подыскать ему царицу. Ворон побывал в Центральном Тибете (dbUs), где посмотрел тибетскую царевну Оцзог, затем в Непале побывал во дворце непальской царевны Чрицун и в Китае повидал китайскую царевну Конгцо (rGya-bza'Kon-co; Коп-со соотв. кит. кун-чу — принцесса императорского дома) и, наконец, в стране Линг увидал женщину-львицу Другге (Sen-clam 'Brug-ge). Ворон возвращается в ставку царя Кюркара и сообщает ему, что самой красивой оказалась жена Кэсара — Другге из Линга: «Когда она стоит, подобна развевающемуся знамени, когда сидит, подобна разноцветной юрте».

Зная об отсутствии Кэсара, Кюркар нападает на Линг, войска Линга терпят поражение, убит даже брат Кэсара—Джьяцасанг (rGyal-tsha-tshang), и Другге увезена в страну хоров. Другге, находясь в плену, посылает в страну северных демонов ворона с посланием Кэсару. Ворон прилетел в царство демонов, сел на юрту Кэсара и начал каркать. Кэсар в гневе выстрелил в ворона и убил его. Мезабумкьи сняла с ворона письмо и вручила его Кэсару. Узнав о нападении царя Кюркара на страну Линг, убийстве его брата Джьяцасанга и пленении Другге, Кэсар берет свою магическую стрелу, «исполняющую желания», и, повернувшись в сторону страны хоров, выпускает ее. Стрела достигает ставки царя Кюркара и вонзается в огромный валун. Сто кузнецов пытаются вынуть ее, но тщетно, сто плотников пытаются распилить ее, но напрасны их старания. Тогда Другмо обматывает свою руку белым шарфом и вынимает стрелу. «Что это за стрела?» — спросил царь хоров, и Другмо ответила: «Это стрела Кэсара». Однако Мезабумкьи снова дает выпить Кэсару волшебный напиток, и он опять забывает прошлое и землю Линг. Но его конь, мудрый Кьянгё, напоминает своему хозяину о его обязанности вернуться в страну Линг. Вернувшись в родные места, Кэсар принимает обличье торговца и располагается на лугу, принадлежащем старому Чотуну. Чотун посылает отца Кэсара, Ракье (Sen-blon Ra-skyes), в юрту торговца, чтобы тот взял налог за выпас на лугу караванных животных. Торговец приглашает Ракье в свою юрту и предлагает ему чашку чаю. Старый Ракье узнает чашку своего сына Кэсара и приходит в уныние. Лжеторговец спрашивает его о причине печали, и Ракье рассказывает о том, что у него был сын Дзамланг, который уехал в страну демонов и не вернулся домой. Тогда торговец сообщает старику, что он был в стране демонов, и они дали ему эту чашку. Горько зарыдал старый Ракье, но торговец неожиданно превращается в Кэсара. Обрадованный старик бежит к юрте Чотуна, громко крича: «О Чотун! Сегодня вернулся мой любимый сын и твой соперник!» Чотун спешит к юрте Кэсара, чтобы поднести хадак, но находит там простого странника. Разгне­вавшись, он возвращается в свою ставку и ругает старого Ракье.

Тем временем Кэсар принимает свой истинный облик и, сев на коня, едет к юрте Чотуна. Чотун, исполненный страха, кричит своей дочери: «Быстрее спрячь меня в кожаный мешок для мяса!» Дочь прячет его в мешок и кладет этот мешок на стол перед Кэсаром. Кэсар замечает, что внутри мешка кто-то шевелится, и говорит, что это дурной знак. Он берет шило и протыкает мешок. Чотун кричит от боли, но Кэсар продолжал колоть Чотуна до тех пор, пока тот не вылез, полумертвый, из мешка. Затем Кэсар начал готовиться к войне с царем хоров Кюркаром. Он собрал большое войско и двинулся к границам страны хоров. По пути Кэсар получил послание от своей божественной покровительницы Гонменлхамо, приказывающей ему вернуть войско назад и одному продолжать свой путь. Царь Хора Кюркар видит плохой сон и просит своего министра Шембу (bSan-pa) растолковать его. Шемба разъясняет, что сон полон дурных предзнаменований, и они говорят о приближении Кэсара. Кэсар же по дороге преодолевает ряд опасностей: он проходит сквозь девственный лес, деревья которого смыкаются по мере его приближения; встречает семь людоедов в обличье красивых девушек, две придорожные скалы, чуть было не раздавившие его. Достигнув замка царя Кюркара, Кэсар принимает обличье ламы. Дочь соседнего царя Кюрнага, заметив ламу, пригласила его в юрту своих родителей. Она пошла за конем для ламы, но по возвращении обнаружила на дороге мальчика. Дочь Кюрнага предлагает мальчику стать у них пастухом. Ее отец берет мальчика к себе в дом, и тот начинает сторожить овец. Затем этот мальчик (Кэсар) побеждает на скачках. Однажды царь Кюрнаг был приглашен царем Кюркаром на пир. Мальчик-пастух просит Кюрнага взять его с собой. По прибытии в ставку Кюркара Кэсар побеждает могучего воина, известного по всей стране хоров. С помощью железной цепи Кэсар проникает в замок царя Кюркара и убивает его. Он убивает также царя Кюрсэра и изгоняет душу Кюрнага. Затем Кэсар берет Другмо и все богатство Кюркара и следует в землю Линг. По дороге он вспоминает про сына Другмо, рожденного в плену, возвращается в Хор и убивает его. Вернувшись в страну Линг, Кэсар живет много лет счастливо, а страна процветает.

Затем боги снова посылают Кэсара воевать, на этот раз против страны Цзанг. Снова собирается войско Линга. К нему присоединяются всадники страны хоров под предводительством Шембы Меруцзе (bSan-pa rMe-ru-tse), и огромная армия вторгается в земли Цзанг. В этой главе дается яркое описание сражений, что, несомненно, является древним слоем эпоса. И вновь божественная покровительница Кэсара Анэгонменгельмо приказывает ему выступить одному против царя царства Цзанг Сатама с помощью магических сил. В то время царь Сатам, сопровождаемый своими советниками и знатью, едет на берег озера совершить религиозную церемонию и омовение. Нимфа озера (mtsho-sman) принимает вид прекрасной нагини (klu'i bu-mo) и предлагает царю хрустальную чашу, наполненную ароматным нектаром (sman-spos-kyi bdud-rtsi). Добравшись до берега озера, Кэсар пре­вращается в железную муху (lcags-kyi sbran-bu), проникает в нутро царя Сатама, и тот умирает. Страна Цзанг становится вассальным княжеством Кэсара.

Амдоская версия содержит также главы о покорении Кэсаром Китая (rGya-'dul), о женитьбе Кэсара на дочери китайского императора, принцессе Конгчо, и главу о завоевании страны Мён (Mon-'dul).

Восточнотибетская версия, переведенная на французский А. Давид-Нель, имеет аналогичный сюжет. Когда у женщины по имени Дзеден рождается мальчик, Тротун — один из вождей Линга, узнав о его рождении, вспоминает древнее предсказание о том, что по пришествии Кэсара, будущего царя Линга, его собственная власть кончится. Поэтому он решает погубить новорожденного. Но все его попытки убить мальчика оказываются безуспешными. Тротун идет к волшебнику, живущему в пещере, чтобы уговорить его извести появившегося на свет младенца. Волшебник советует Тротуну направить мальчика к нему в пещеру, но Кэсар, придя в пещеру, смог сам уничтожить могущественного волшебника. Тротун изгоняет Кэсара вместе с матерью из страны. В изгнании Кэсару в видении является Гуру Падмасамбхава и убеждает его бороться за царствование в Линге. Но сначала Кэсар должен получить восемь сокровищ: сохраняющий жизнь узел (tshe-mdud), шлем, ваджру, меч, лук со стрелами. Падмасамбхава также велит Кэсару жениться на Другмо, дочери правителя страны Га (rga). Превратившись в ворона, Кэсар прилетает к Тротуну и советует ему от имени Падмасамбхавы добыть сокровища и жениться на Другмо. Однако прекрасную девушку и царство можно получить, лишь победив на скачках, которые якобы должен выиграть Тротун. Тротун, поверивший, что ворон— посланец Падмасамбхавы, приказывает устроить скачки. Чори (Кэсар) также принимает участие в состязании на своем гнедом жеребенке, рожденном кобылицей, которую его мать-нагиня привезла с собой в Линг. Кэсар побеждает соперников, женится на Другмо и становится царем Линга.

Боги приказывают Кэсару отправиться на север и уничтожить царя демонов (bdud-rgyal). Кэсар убивает царя демонов с помощью его жены, которая укрывает его в замке демонов. Кэсар влюбляется в жену убитого царя, а та дает ему волшебный напиток, и он забывает прошлое и страну Линг. Но бодхисаттва Авалокитешвара пробуждает память Кэсара и заставляет его вернуться в Линг. По дороге в Линг Кэсар встречает дух своего сводного брата Джаца, убитого хорами, который рассказывает ему о несчастьях, постигших Линг в его отсутствие, а также о черных делах Тротуна и о пленении Другмо царем хоров.

Кэсар возвращается в Линг и готовится к войне с хорами. Войско Линга выступает в поход. Гигантский дикий як ('bron) — воплощение могучего демона — преграждает войску дорогу. Кэсар убивает яка. Затем, превратившись в престарелого ламу и создав с помощью магических сил иллюзорный караван, он продолжает свой путь в Хор. Добравшись до берега пограничной реки, Кэсар побеждает 28 демонов-перевозчиков, охранявших дорогу в Хор. Решив дальше следовать в одиночку, он отправляет свое войско обратно в Линг, а сам, достигнув ставки Кюркара, располагает свой иллюзорный караван вблизи царского дворца. Царь посылает своего министра Дигчэн Шэнпа разузнать о караване и торговцах. Один из караванщиков, встретившийся на пути, неожиданно ударил ногой лошадь министра, и та сбросила царского посланца на землю. Министр возвратился во дворец и предупредил царя, что Кэсар, должно быть, скрывается среди многочисленных караванщиков этого таинственного каравана. Царь хоров посылает тогда Другмо посмотреть на караван и разузнать что-либо о Кэсаре. На вопросы Другмо караванщики ответили, что караван принадлежит ламе Одсэргельцэну, и вручили ей подарки для царя, с которыми она вернулась к Кюркару. Но министр видит в подарках недобрые знаки.

Кэсар одного за другим уничтожает всех своих врагов. Превратившись в юношу, он поступает подмастерьем к кузнецу. Затем он убивает могучего и знаменитого воина хоров, их военачальника, сотню всадников, первого министра, ламу, который раскрыл врагам его истинную сущность, а также царя Кюркара, после чего Кэсар возвращается в Линг. В дальнейшем Кэсар убивает второго хорского царя — Кюрсэра, а третий царь хоров Кюрнаг спасается бегством в Нгари, в Западный Тибет, и Кэсар прощает его. Министр Дигчэн Шэнпа становится правителем Хора.

Затем следует война против Сатама, царя Цзанга. Царь Сатам видит сон, побуждающий его захватить страну Маркам, владение Кэсара Лингского. Кэсар, побуждаемый своим божеством-хранителем, собирает войско против Цзанга. Его войско вместе с союзными войсками хоров во главе с Шэнпа выступает в поход. Обернувшись киянгом, Кэсар проникает за ограду царского дворца и вместе с другими киянгами пасётся на лугу, а царь Цзанга с царицей любуются животными с крыши. Внезапный порыв ветра сбрасывает царицу вниз, и она разбивается насмерть. В отчаянии царь призывает мопа, предсказателей манифестаций Кэсара, дабы они объяснили несчастный случай, и мопа советуют царю положить тело мертвой царицы на ложе, а самому погрузиться в медитацию, чтобы вернуть ее к жизни. Тем временем Чула Пёнпо, посланец царя Сатама, прибывает в лагерь Кэсара. Последний по совету своего божества-хранителя заранее делает лагерь невидимым. Только его знаменитый конь Кьянгё пасётся на лугу. Чула Пёнпо поймал и оседлал коня, но крылатый конь помчал и сбросил его в озеро. Войска Линга продолжают свое продвижение в царство Цзанг.

Военачальник Цзанга предлагает Дема, одному из воинов Линга, сразиться один на один и погибает в схватке. Войска Цзанга бегут, преследуемые армией Линга. Боги советуют Кэсару выступить в одиночку против Сатама. Превратившись в железную пчелу, Кэсар летит к Сатаму, который занят призыванием нагини на берегу озера. Богиня появляется перед царем, держа в руках сосуд с нектаром. Царь Сатам устремляется вперед, но, когда он подносит сосуд ко рту, железная пчела (Кэсар) проникает царю в чрево, и тот погибает в страшных мучениях. Министр Цзанга Бертхуль решает уничтожить Кэсара и приказывает сжечь тело царя Сатама вместе с железной пчелой. Однако Кэсар спасается, выбравшись на волю через голову мертвого царя. Затем Кэсар побеждает в сражении Бертхуля, и войска Линга овладевают крепостью Цзанга. Царевич Юлэ становится царем Цзанга. По возвращении в Линг Кэсар предается созерцанию, чтобы спасти души многочисленных живых существ, убитых им.

После этого следует история о войне с Мёном, или царством юга. Кэсару является охраняющее его божество, напоминающее ему, что царь юга Шинти должен быть покорён. Божество настаивает, чтобы Кэсар прервал созерцание и отправился воевать с югом. Кэсар повинуется приказу своей божественной покровительницы. Объединив войска Линга, Хора и Цзанга, Кэсар выступает в поход на крепость царя Шинти, готовящегося к битве. Воины Кэсара форсируют реку и преследуют вражескую армию. Царь южного царства гибнет в пламени, охватившем замок. Его дочь, царевна Метог Лхадзе, спасённая Кэсаром, выходит замуж за сына Аку Тротуна. Затем следует повествование о войне с царством Тазиг, что представляет собой тибетскую транскрипцию названия «таджик». Тазиг в тибетской литературе означает Иран, а также районы к северу от Окса.

Старый Тротун хочет взять вторую жену. Он находит невесту в Линге и посылает Дабла, приемного сына Кэсара, сватом к родителям девушки. Чтобы ублажить Дабла, Тротун решает угнать знаменитых лошадей, принадлежащих царю Тазига (кони из Ферганы и из-за Окса славились по всей Центральной Азии). Людям Тротуна удается угнать нескольких лошадей. Царь посылает своих слуг на поиски лошадей, и, придя в Линг, они выясняют, что лошади были украдены по приказу Тротуна. Поэтому царь отправляет отряд своих войск в Линг, чтобы вернуть украденных лошадей. Они захватывают Тротуна и наказывают его за прегрешения. Ему удается вернуться в Линг и рассказать Кэсару, что царь Тазига собирается напасть на Линг. Кэсар решает прервать свое созерцание и выступить против стра­ны Тазиг. Во время похода Тротуна захватывает демон-людоед, но Кэсар освобождает его.

Эта восточнотибетская (или камская) версия, переведенная на французский А. Давид-Нель и ламой Йонгденом, заканчивается эпизодом чудесного исчезновения Кэсара и его спутников.

Западнотибетская версия эпоса о Кэсаре была записана А.Г. Франке в Ладаке, в селении Ше, возле Леха и Кхалаце. Эта версия содержит пролог, повествующий о сотворении мира и об истории восемнадцати воинов Линга, пабо, которых нет в восточнотибетском варианте эпоса. В остальном западнотибетская версия следует знакомым сюжетам: история рождения Кэсара, его женитьба на Бругуме (Бругмо восточнотибетской версии, оче­видно, представляет более правильное чтение), борьба Кэсара с великаном севера, пленение Бругумы царем Хора, война Кэсара с хорскими племенами и его путешествие в Китай.

В прологе рассказывается о происхождении страны Линг. В древние времена там жила супружеская пара, владевшая небольшим участком земли. На этой земле росла только трава, которая постепенно стала высокой, как деревья, и принесла плоды. Плоды сложили в амбар, где они превратились в червяков. Червяки начали поедать друг друга, и в конце концов остался только один червяк, который превратился в мальчика, ставшего затем могучим охотником. Он убил демона с девятью головами, а из его тела сотворил страну Линг. Затем он женился на восемнадцати девушках, которые стали матерями восемнадцати пабо, героев Линга. Пабо были необычными существами. Восемнадцать героев отправляются в замок Пачипалдонхар, чтобы найти сокровища и увезти их в Линг. Один из героев, Пэльле, добирается туда первым и находит сокровища. Однажды Пэльле пас коз и увидел, как белая птица борется с черной. Он сразу же понял, что черная птица—воплощение демона, и убил ее камнем из пращи.

Тогда белая птица превратилась в Индру (brGya-byin), который пообещал юноше выполнить любую его просьбу. Пэльле попросил, чтобы один из сыновей Индры был послан царем в страну Линг: «Дать сына, который стал бы вождем в стране, где нет вождя». Выполняя просьбу, Индра отправил в Линг своего младшего сына Дончупа. Поэтому Дончуп умер на небесах и переродился на земле. Однажды его будущая мать Гогсанлхамо (Имгаг-салхамо восточнотибетской версии, что является более точным чтением) сидела в своем доме за работой, как вдруг началась сильная гроза с градом; одна градинка упала в чашку, стоявшую перед Гогсанлхамо, она съела градинку и почувствовала себя беременной. Все животные, найденные Пэльле у замка Пачипалдонхар, также забеременели во время этого града. Дончуп родился, выйдя из бока матери. Хотя ему было предназначено стать знаменитым царем Кэсаром Лингским, он часто менял свой естественный облик, превращаясь в безобразных существ. Своей матери он показался безобразной жабой, и бедная мать постаралась спрятать ребенка. Но небесная богиня Курманмо позаботилась о нем. Один старый воин предсказывает, что новорожденный станет царем Кэсаром Лингским. (Этот фрагмент, очевидно, создан под влиянием легенды о Будде. Имя младшего сына Индры Дончуп  соответствует санскритскому Сиддхартха. Мальчик рождается из бока матери. Старый воин, предсказавший будущее царя Кэсара и жалеющий, что его преклонный возраст помешает ему служить Кэсару, напоминает мудреца Аситу из «Налака-сутты» и его посещение новорожденного Будды. См. также эпизод с Аситой в VII главе «Лалитавистары»). Демоны под видом лам пытаются уничтожить новорожденного, но терпят неудачу.

Кэсар принимает участие в состязании женихов Бругумы, руки которой добивается также один из вождей Линга—Кхратун (Чотун восточнотибетской версии). В числе трудных задач для состязающихся были: достать крыло солнечной птицы, убить дикого яка Рири и растянуть его шкуру над землей Линг. Кэсар успешно справляется со всеми заданиями и становится мужем Бругумы.

О путешествии Кэсара в Китай. Страшная эпидемия поразила китайцев, и император Китая заболел. Один Кэсар может вылечить императора, и его приглашают в Китай. Кэсар преодолевает все препятствия на своем пути. Прибыв в Китай, он исцеляет императора и бежит с его дочерью Конгчо, захватив с собой сокровища Китая. Его хватают и сажают в глубокую яму с драконами. Однако он, превратившись в муху, спасается бегством. В конце концов вместе с дочерью императора и сокровищами прибывает в Линг. Но за время отсутствия Кэсара Кхратун захватил его замок в Линге и выгнал Бругуму. По возвращении Кэсар наказывает предателя.

Божественный защитник Кэсара напоминает ему о его долге — уничтожить демона севера. Кэсар отправляется на север. Бругума хочет сопровождать его, но он отсылает ее обратно в Линг. Преодолев на пути много препятствий, Кэсар приезжает в замок демона, когда тот ушел на охоту. Жена демона Бамза-Бумкьи помогает Кэсару уничтожить девять жизней великана. Затем она подносит Кэсару волшебный напиток, и Кэсар забывает прошлое, Бругуму и землю Линг.

Пока Кэсар живет в замке демона с Бамза-Бумкьи, царь хоров Хальдэ, узнав об отсутствии Кэсара, решает напасть на Линг и увезти Бругуму. Он захватывает Линг, но Бругума пытается ускользнуть от царя хоров и дает ему разные задания, чтобы выиграть время в надежде на возвращение Кэсара. Наконец она отправляется в страну Хор. Брат Кэсара пытается вернуть ее в Линг, но его убивают стрелой, попавшей в единственное уязвимое место его тела, о котором рассказала хорам Бругума. Она становится женой царя Хальдэ.

Герой Линга Пэльле направляет птиц посланцами к царю Кэсару на север. Птицы рассказывают ему о судьбе Линга и пленении Бругумы царем Хора. Кэсар вспоминает прошлое и спешит в Линг, а затем в Хор освободить Бругуму. Боги приказывают ему ехать в одиночку и отослать войско в Линг. В стране хоров он поступает на службу подмастерьем кузнеца. Он делает железную цепь, с ее помощью забирается на крышу замка Хальдэ и убивает царя. Кэсар возвращается в Линг и наказывает Бругуму за ее прегрешения.

Монгольская версия эпоса о Кэсаре существует в напечатанном виде и в многочисленных рукописных вариантах. Эпос был напечатан в 1716 г. в Пекине по приказу императора Канси. Эта версия содержит только семь глав или книг. Рукописная версия содержит 15 глав, большинство из кото­рых сохранилось в библиотеке Института востоковедения РАН.

Первая глава монгольского эпоса рассказывает о рождении Дзуру-Гэсэра. Цотон (тиб. Кхротун; монгольское произношение имени точно соответствует амдоскому), один из старшин Линга, прогоняет Дзуру в пустыню. Дзуру-Гэсэр убивает там семь белых демонов и обращает в буддизм шайку разбойников. Дзуру-Гэсэр рассказывает своему брату Дзаса Шики-ру, что он — Гэсэр, царь Линга. Затем он убивает могущественного людоеда и вторично изгоняется Цотоном. Дзуру-Гэсэр строит храм в честь бодхисаттвы Авалокитешвары. Затем побеждает в состязании женихов прекрасной Рогмогоа (тиб. Другмо). Дзуру-Гэсэр раскрывает жене Рогмогоа тайну своей жизни. Во второй главе Гэсэр убивает черного тигра на севере, в третьей — посещает Китай и женится на дочери китайского императора. В четвертой главе Цотон изгоняет из Линга возлюбленную Гэсэра Аралгогоа (Тюмэн Жиргалан). Она становится женой 12-главого людоеда (монг. ман-гаса). Гэсэру удается уничтожить людоеда с помощью Аралгогоа. Гэсэр остается жить с Аралгогоа в лагере людоеда у золотой ступы. Аралгогоа дает Гэсэру черный волшебный напиток, и он забывает прошлое и страну Линг.

В пятой главе черный ворон сообщает трем ширайгольским ханам (ширайгол означает племена шара-уйгуров в Наныпане; амдоские тибетцы и банаки называют их хорами) об отсутствии в Линге Гэсэра и о красавице Рогмогоа, которая подходит в жены ширайгольскому царевичу. Ширайгольские ханы вторгаются в Линг. Дзаса Шикир, сводный брат Гэсэра, решает бороться с захватчиками. Войско Линга собирается у ставки Гэсэра, откуда Дзаса Шикир выступает против ширайгольских войск. Цотон приносит ложную весть о том, что ширайгольские ханы ушли, и Дзаса Шикир распускает свое войско по домам. Ханы снова вторгаются в Линг и прорываются к ставке Гэсэра, где живет Рогмогоа. Она пытается сопро­тивляться, но сломлена и захвачена в плен. Рогмогоа посылает Гэсэру в ставку людоеда стрелу, принадлежащую Дзаса Шикиру. Гэсэр получает послание и узнает о несчастье, постигшем Линг в его долгое отсутствие. Но его возлюбленная Аралгогоа снова дает ему волшебный напиток, и он вновь забывает Рогмогоа и Линг. Наконец его мудрый и преданный конь взбунтовался и ускакал в степь. Гэсэр ловит коня и решает сразу же отправиться в Линг. Прибыв в Линг, Гэсэр встречает своего отца, старого Санлуна, с которым в отсутствие Гэсэра плохо обходился Цотон, захвативший власть в Линге. Затем, под видом ламы, Гэсэр посещает ставку Цотона и наказывает его за злодеяния. После чего Гэсэр отправляется к ширайгольским ханам. Он появляется в ставке ханов в облике старого ламы. Затем, приняв облик молодого парня, Гэсэр поступает на службу к Шиману Биридзе, одному из министров Хора, и помогает кузнецу Чойрун-дархану. Постепенно он убивает главных воинов этой страны. Его бросают в глубокую яму с ядовитыми змеями, но с помощью своих волшебных сил он преодолевает это тяжелое испытание. Затем Гэсэр уничтожает племя ширайгол и воз­ращается в родной Линг.

В шестой главе содержится история о Гэсэре и хутухту-ламе, воплощении могущественного демона. Гэсэр приходит к этому волшебнику, а тот превращает Гэсэра в осла. Воины Гэсэра, обсудив это несчастье, обращаются к Аджу Мерген и просят эту могущественную колдунью уничтожить демона и освободить Гэсэра. Аджу Мерген отправляется к жилищу демона в облике его сестры и просит подарить ей осла. Демон соглашается, и колдунья возвращается домой, ведя осла. Она освобождает Гэсэра от чар; он сражается с демоном, и после многих приключений ему удается сжечь хижину ламы, сделанную из тростника, и уничтожить злого демона.

Глава седьмая: Гэсэр освобождает из ада свою мать.

Рукописная версия монгольского эпоса гораздо больше и содержит 15 глав.

В 8-й и 9-й главах рассказывается о борьбе Гэсэр-хана с двенадцатиглавым демоном-людоедом (мангасом) и с ханом Андалмой; в 10-й главе — о борьбе с царем демонов. 12-я глава — убийство царя демонов Гумбу-хана; 13-я глава—поражение северного Начин-хана; 15-я — уничтожение злого черного леопарда.

Главы 11 -я и 14-я пропущены в собрании рукописей о Гэсэре, принадлежащем Российской академии наук [23].

Текст монгольской версии несет явные следы перевода с тибетского оригинала. Имена основных героев и названия местностей, упомянутых в тексте, это либо монгольская транскрипция, либо монгольский перевод тибетских имен.

Монгольское

Тибетское

1.                  Geser (совр. халха-монг. Gesser)

Ge-sar,  Ke-sar

2.Geser yarbo Donrub

Kesar Don-grub dkar-po, царь Кэсар (имя Донруб есть в монг. версии, в переводе: Uile butugegci. Следует заметить, что Донруб в монг. тексте—это транскрипция, принятая в Южной Монголии)

3. Gegse (-Amurcila) мать Гэсэра

Gag-bza (вост. тиб.), Gog bzang (-lha-mo) (зап. тиб.). В зап. монг. версии (ойратской) мать Гэсэра зовут Kaksa [24]

5. Sanlung—отец Гэсэра

Sen-blon (в амдоской версии: Sen-blon Ra-skyes. Сенлон—это титул, а имя отца Гэсэра — Ракье)

6. Dzasa — сводный брат Гэсэра

rGyal-tsha

7. Roy-mo — жена Гэсэра Roy-mo nay-bo

'Brug-mo (см. примеч. к Don-grub) 'Brug-monag-po

8. Cotong—правитель Линга

C'o-t'ong (Амдо), Tr'o-t'ong (Кам). Khro-thun (письм. тиб.), Khra'i-thun (зап. тиб.)

9. Dzurii — детское имя Кэсара

Cho-ris, Co-re

10. SimanBirudza— главный министр Хора

bSan-pa rMe-ru-tse (Амдо); San-kra Miru (зап. тиб.) — искажение имени, даваемого вост. тиб. версией

11. Xara gertei xan перевод с тиб.

Gur-nag rgyal-po — «Царь черных палаток» (Хора)

12. Sira gertei xan перевод с тиб.

Gur-ser rgyal-po — «Царь желтых палаток» (Хора)

13. Cayan gertei xan перевод с тиб.

Gur-dkar rgyal-po—«Царь белых палаток» (Хора)

 Названия местностей и рек, упомянутые в тексте эпоса, даны в мон­гольском тексте в переводе либо в транскрипции.

монгольское

тибетское

 

Mim (Моп)—южные альпийские долины Гималаев

 

   Моn

Ling — царство Кэсара

 

gLing («Лик» в переводах у Шмидта и Козина следует исправить на Линг [25])

 

Dzang-yool — верхнее течение Брахмапутры

 

gTsan-po chu

 

Arslan-yool—р. Инд

Sen-ge chu

Все названия местностей и рек, часто упоминаемые в тексте, указывают на северо-восток Тибета. Например, часто встречается название реки Хатун-гоол, т. е. монгольское название Хуанхэ (Желтой реки). Ее верхнее течение в Амдо называют Мачу. Озеро Кёке-нагур — это Кукунор (тиб. mTsho-sngon-po).

В монгольском тексте мы также находим тибетское название единорога (носорога) — серу (bse-ru) и выражения, представляющие переводы обычных тибетских слов, например, хара теригуту, букв, «черноголовый», в смысле «мужчина, тибетец», что является переводом тибетского mgo-nag.

Тибетское происхождение эпоса подчеркивалось проф. В. Владимировым и д-ром Бертольдом Лауфером [26]. Владимирцов указывает [27], что монгольская версия эпоса о Кэсаре, представленная в пекинском издании 1716 г., была записана в особом стиле, не представляющем классическую форму письменного монгольского языка. Проф. Н. Поппе [28] показал, что язык монгольской версии содержит элементы монгольского классического языка и разговорных диалектов Юго-Восточной Монголии. Согласно Поппе [29], монгольская версия эпоса, вероятно, появилась где-то на юге Монголии и была переведена с тибетского оригинала. Недавно С. Козин [30] указал, что язык монгольской версии эпоса имеет близкое сходство с юго-западными ойратскими диалектами. Это подкрепляет теорию, согласно которой монгольская версия эпоса о Кэсаре возникла среди ойратских племен Северо-Восточного Тибета, откуда эпос проник в Юго-Восточную Монголию. Среди рукописей эпоса о Кэсаре, представленных в библиотеке Института востоковедения РАН, есть одна, содержащая монгольскую версию, воспроизводящую камский (или восточнотибетский) вариант, переведенный на французский А. Давид-Нель [31].

Восточномонгольская (или халхаская) версия состоит из примерно 15 глав или книг. В 1914 г. известный бурятский ученый Ц. Жамцарано нашел в Урге (Монголия) полную версию эпоса о Гэсэре в 15 главах [32].

Западномонгольская версия эпоса близка восточномонгольской. В библиотеке Института востоковедения РАН есть по крайней мере два западномонгольских варианта эпоса о Гэсэре (В2 и ВЗ). Западномонгольская версия стала известна благодаря переводу Б. Бергманна, опубликовавшего VIII и IX главы эпоса [33]. Две главы эпоса, очень сходные с западномонгольской версией, переданной Б. Бергманном, приведены в книге Тимковского [34].

Поппе [35] указывает, что VIII и IX главы эпоса о Кэсаре, кажется, были особенно популярны среди бурят-монголов и западных монголов, ойратов. X-XV главы очень популярны среди халха-монголов. Среди бурят известно о существовании только первых девяти глав эпоса («Девять ветвей Гэсэра»). Существует также западнобурятская версия эпоса. Это типичный бурятский эпос, или улигер, только отдаленно напоминающий письменную версию эпоса [36]. В настоящее время мы знаем по крайней мере четыре версии бурят-монгольского эпоса о Гэсэре, составляющие около 100 тыс. стихов! Российская академия наук в сотрудничестве с монгольскими научными учреждениями готовит критическое издание монгольского текста, комментированный перевод и сборник статей по проблемам эпоса о Гэсэре.

Эпос о Кэсаре (Гэсэре) оказал значительное влияние на сказания и песни монгольских племен, например на великую западномонгольскую эпическую поэму «Жангар» [37].

Я могу добавить, что этот эпос известен среди дод-монголов Цайдама и Кукунора, на северо-востоке Тибета, где его часто читают по-тибетски. Среди банаков и дод-монголов Кэсар (Гэсэр) известен под именем Гуань (вместо Гуань-ди) — обстоятельство, показывающее влияние официаль­ного признания маньчжурами Кэсара как Гуань-ди.

Много обычаев, связанных с царем Кэсаром (Гэсэром), существует среди нетибетских племен Северо-Восточного Тибета и пограничного района Ганьсу. Так, среди шора-уйгуров (называемых также «желтыми» уйгурами; кит. хуанъ си-фан) к югу от Ганьчжоу в провинции Ганьсу многие племенные обычаи прямо связаны с эпосом о Кэсаре. В этих племенах можно найти такие названия селений, как Кюркар, Кюрсер и Кюрнаг дэва (тиб. Sde-pa), что соответствует именам трех царей племен Хора. Белая полоса, нашиваемая на палатки шара-уйгуров, символизирует удар меча царя Кэсара (Hor-sbra-khra-ril). Божество gNam-thel dkar-po, упоминаемое в эпосе как божество-покровитель племен Хора, даже теперь почитается шара-уйгурами. Если кто-либо подъезжает к палатке шара-уйгуров на гнедом коне, то коня привязывают головой от палатки. Так делают, чтобы избежать опасности от боевого коня Кэсара, мудрого rTa-rkyan-rgod, неожиданно появляющегося и топчущего палатку. Среди шара-уйгуров существует обычай есть быстро, так как они говорят, что живут, постоянно опасаясь нападения царя Кэсара. Считается, что среди шара-уйгуров есть версия эпоса о Кэсаре, в которой царь Кэсар представлен как опасный и коварный враг. Так, память о старых племенных войнах между тибетцами и тюркскими племенами еще жива и является источником постоянного племенного антагонизма. (Шара-уйгуры живут к югу от Ганьчжоу, между Сучжоу и Ганьчжоу, а также между Шуаньчинь-цзу и оазисом Гаодай).

На крайнем западе Тибетского нагорья в горах Каракорума Д.Л.Р. Лоримером недавно обнаружена и опубликована версия эпоса о Кэсаре на языке бурушаски [38]. Эта версия на бурушаски, очевидно, представляет перевод устной тибетской версии, возможно, балтистанской, родственной западнотибетской версии эпоса. Перевод на бурушаски тибетских имен и слов воспроизводит балтистанское произношение (например, имя жены Кэсара: Брумо вместо Бругмо, брунг вместо бронг — «дикий як»).

Версия бурушаски содержит историю рождения Кэсара (Кисер на бурушаски), его женитьбы на Брумо ('Brug-mo), пленения Брумо царем Хора и войны Кэсара с царем Хора. Кисер успешно завоевывает в состязании женихов руку Брумо и возвращается в свою страну. Через некоторое время Лингпикисер (тиб. gLing Ke-sar) говорит жене, что отправляется в путь в страну Хайхайюл. Прибыв туда, Кисер лишает власти местных правителей и сам становится властелином Хайхайюла. В его отсутствие царь Хоръюла вторгается в страну Кисера и увозит Брумо. Воины Линга пытаются освободить Брумо, и Бумлифтан, брат Кисера, убит стрелой, поразившей его в единственное уязвимое место на теле, тайну которого Брумо открыла воинам Хора. Вазир Хора Шамту Миру (тиб. Шэнпа Меруцзе) противостоит воинам Линга. Кисер возвращается в Линг и собирается в страну Хоръюл. По дороге он преодолевает различные препятствия и, прибыв в страну Хор, поступает на службу к златоковачу и становится его приемным сыном. Царь Хора призывает златоковача к своему двору, где состоится состязание по натягиванию лука Кисера. Кисер сопровождает мастера и натягивает свой лук. Затем он делает железную цепь в 100 локтей длиной и идет в царский дворец. Там он забрасывает цепь за балку крыши и, взобравшись по ней, принимает облик кота. Брумо предостерегает царя, что Кисер пришел, но царь видит только кота. Затем Кисер проникает в комнату царя, борется с ним и побеждает. Он забирает Брумо, сокровища царя Хора и возвращается в свою страну. Кисер убивает двух сыновей царя Хоръюла и Брумо, а ее наказывает за предательство — ведь она помогла убить Бумлифтана, брата Кисера.

Историческая основа эпоса о Кэсаре уводит нас в далекое прошлое великих кочевых империй Центральной Азии. Согласно рассказу, распространенному среди гелугпинских лам, эпос о Кэсаре не содержит ничего исторического. Его сочинил известный тантрийский лама, который был и великим сказителем. Родиной этого тантриста был Северо-Восточный Тибет, именно там он сочинил эпическое сказание [39]. Кочевники Кама и Хора понимают эпос иначе. По их убеждению, этот эпос — не создание одного поэта, а поэтическая запись о древних войнах, происходивших в прошлом. Тибетская традиция сохранила память еще об одном Кэсаре, вожде центральноазиатских племен, постоянно тревоживших границы Северо-Восточного Тибета. В «Заветах Падмасамбхавы» (Padma bKa'i than-yig) царь Кэсар часто упоминается как вождь центральноазиатских кочевых племен, врагов Тибета. Во второй главе этого сочинения имя Кэсара связывается с племенами другу (гругу), а оба названия означают тюрков [40]. Тибетцы одержали над ними победу, и некоторые другу поселились в районе Мон (в тибетской литературе страной Мон или Монъюл называются южные гималайские долины; жителей этих долин именуют монпа). В пятой главе той же книги сказано, что царь Кэсар «был для Тибета, как бешеный конь. С помощью магии Кэсар был сражен. В битве тибетское войско нанесло поражение Кэсару». Здесь явно указано, что Кэсар был вождем врагов Тибета. Там же Кэсар назван одним из четырех Великих Царей мира: «На Востоке, под созвездием Плеяд (sMin-drug) — император Китая, Вла­дыка мудрости; на юге, под созвездием Гандуша — царь Индии, Владыка религии; на севере, под созвездием Большой Медведицы (sMe-bdun) — Кэсар, Царь воинств; на западе, под Луной — царь Ирана (sTag-gzig), Вла­дыка богатств». В этом отрывке царь Кэсар занимает место Владыки лоша­дей из широко известной теории четырех великих царей мира [41]. В со­чинении «Mani bКа'-'bum» [42] сказано, что китайский император предложил царю Кэсару в жены китайскую принцессу, а в «rGyal-rabs» Ладака о царе Кэсаре говорится как об одном из соискателей руки Конгчо, китайской принцессы, ставшей впоследствии женой царя Сонгценгампо [43]. Страна царя Кэсара упомянута среди таких стран, как: Гажай-юл (вероятно, опечатка— вместо Ажай-юл) [44], Брузай-юл (Хунза-нагар), Бхалай-юл (Бакт-рия-Балх), Шаншунг-ги-юл (Гуче в Западном Тибете), Тагзиг-юл (Иран и страны Окса) и Тхогар-чьи-юл (Тохаристан в Северном Афганистане или, возможно, Тохарское царство в районе Куча-Турфан в Восточном Туркестане) [45]. В сочинении, опубликованном А.Г. Франке [46], страна Кхром Гэсар Данма упомянута вместе со странами: Кхаче (Кашмир), Балъюл (Непал), Захор (Манди), Оргьян (Уддияна, Сват), Тагзиг (Иран), Нанам (Самарканд), Тхонми Гругу (Туркестан, район Гучен-Турфан) и Рагши. В сочинении, изданном С.Ч. Дасом [47], назван Кэсар, царь страны Пхром (иногда пишется Кхром) на севере. Здесь слово Пхром (Кхром) представляет собой, вероятно, тибетскую транскрипцию названия места, а если так, то ее следует сравнить с таинственным Пар-Пурумом из надписи в Хошо-Цайдаме, что в Северной Монголии [48]. Страна Пар-Пурум упомянута в этой надписи вместе с Тибетом (Tuput) и Киргиз (Qi'rqiz) или, возможно, это слово значит «армия», как в выражении Khrom-gyi dpa'-bo, «воин армии» (Пхром или Кхром в классическом тибетском значит «множество, армия», а также «рынок» [49]). Если так, то выражение Ge-sar Phrom-gyi rgyal-po означает «Кэсар, Царь воинств», как и в перечне четырех Великих Царей мира, приведенном в вышеупомянутых сочинениях. Известно, что некий Пхром Гэсар упомянут в хрониках Хотана, и сказано, что царь Хотана женился на дочери Пхром Гэсара [50]. Китайское Фу-лин, вероятно, восходит к согдийскому *Фрим (лат. Roma > греч. 'Pωμη Phome > *Rhumi > сирийск. Frumi >*Fruim, *Friim, *Frim > старокит. *Furim > Fu-lin. Из Rhome > Rumi > Ruim, Rum, Rim мы имеем славянские формы Rimu, Rzim и др.). В книге, изданной С.Ч. Дасом [51], сказано, что Кэсар, царь Линга, платил дань царю минягов, тангутского племени на северо-востоке Тибета, основавшему царство Си-ся, существовавшее в Х-ХШ вв. Все приведенные цитаты указывают на существование постоянной и древней традиции, связывающей имя царя Кэсара с народом Dru-gu (Gru-gu), или центрально-азиатскими тюрками, и страной Пхром (Кхром). Различные тибетские по­пытки интерпретировать имя Кэсар показывают, что это имя должно быть транскрипцией иностранного имени или титула. А. Грюнведель [52] вы­сказал мнение, что имя Кэсар (Гэсэр) представляет монголо-тибетскую передачу римского титула «цезарь» (Caesar / Kαισαp). Проф. Ф.В. Томас [53] также полагает, что имя Гэсэр/Кэсар может быть династическим титу­лом. Существование титула «цезарь» в качестве заимствованного слова в центральноазиатских языках засвидетельствовано в колофоне восточноиранской или сакской рукописи «Майтрейя-самити», переведенной Э. Лей-манном [54], где мы находим выражение кэйсар-кульна, или «царская семья» [55]. Проф. Людерс [56] обнаружил титул «кайсара» в надписи письмом кхароштхи в Ара (Кушанский период). Также хорошо известно, что династия потомков Кэсара в Верхнем Ладаке (La-dwags-stod) упомянута в «La-dwags rgyal-rabs» [57]. В современном Тибете существует неустойчи­вая традиция, согласно которой Кэсар является историческим персонажем [5 8]. Неясно, возникла ли эта традиция в связи с маньчжурской идентификацией царя Кэсара с Гуань-ди или принадлежит к доманьчжурскому периоду.

Все еще невозможно сказать, когда и где герой тибетского кочевого эпоса Кэсар-гьялпо стал идентифицироваться с Гуань-ди, популярным героем знаменитого и самого широкочитаемого китайского романа «Троецарствие». Этот Гуань-ди, или Гуань-юй, был генералом на службе у основате­ля династии Шу-Хань в эпоху Троецарствия (III в.). Он был обожествлен китайцами, и культ его стал популярен в эпоху Мин, а император минской династии Шэньцзун (1573-1619) возвел Гуань-ди в ранг Великого императора. В маньчжурский период популярность этого божества еще более возросла, и он был провозглашен военным защитником династии Цин. Императоры Цзяцин (1796-1820) и Даогуан (1821-1850) выказывали ему особое почтение. Первый сделал его Ву-ди, т. е. Военным императором, а Даогуан повелел, чтобы Гуань-ди почитали наравне с самим Конфуцием! Во всех городах ему были построены храмы, места почитания. По всей империи в его честь исполнялись особые службы в 13-й день первого месяца и в 13-й день пятого месяца. Военные чиновники почитали Гуань-ди в 24-й день шестого месяца. Представляется вероятным, что идентификация Кэсара с Гуань-ди началась в правление императора Канси (1662-1722) и была частью имперской программы по укреплению связей Цинской династии с кочевыми племенами на монголо-тибетском пограничье. Именно при Канси в 1716 г. в Пекине появилась первая монгольская печатная версия эпоса о Кэсаре.

Эпос о Кэсаре сильно отразился на народной поэзии Страны снегов. И теперь еще по всему Тибету поют множество песен, относящихся к этому эпосу. Во всех деревнях Ладака весной проводится праздник Кэсара, и мужское население упражняется в стрельбе из лука. Во время этого праздника поют особые песни, называемые «песнями Линга», в которых обычно упоминаются эпизоды из эпоса о царе Кэсаре [59]. Похожие песни есть в Амдо, на северо-востоке Тибета. Они не составляют части эпоса, но вдохновляются известными эпизодами из него. 

Царь Кэсар в тибетском искусстве

Живописные изображения царя Кэсара и эпизодов из эпоса сравни­тельно редки, и это обстоятельство можно, вероятно, объяснить отношением к эпосу правящей в Тибете гелугпинской школы, считающей Кэсара пережитком добуддийского прошлого. Изображения царя Кэсара, как живописные, так и в бронзе, встречающиеся по всему Тибету и Монголии, можно условно разделить на две группы:

1)  изображения чудесной жизни царя Кэсара, близко следующие дошедшей до нас письменной версии эпоса;

2) изображения царя Кэсара как Гуань-ди, маньчжурского бога войны и защитника маньчжурской династии.

Вторая группа наиболее обширна, и большинство изображений, принадлежащих к этой группе, восходит к XVIII и XIX вв.

К первой группе принадлежат так называемые танки Кэсара, или живописные свитки, изображающие чудесную жизнь этого царя. Такие танки большей частью принадлежат странствующим сказителям эпоса и редко встречаются в домах простых тибетцев. Некоторые из этих свитков, изображающих жизнь царя Кэсара, принадлежат ньингмапинцам, школе «староверов» тибетского буддизма, которые первыми приняли эпос и приспособили его к своим нуждам. В этом случае в верхней части картины можно увидеть изображение Самантабхадры (Kun-tu bzang-po), или центральная фигура будет представлять буддийское божество, например, богиню Тинги Жалзангму, спутницу богини Лхамо, едущую на муле со стрелой и зеркалом [60]. Некоторые изображения эпоса о Кэсаре принадлежат религии бон и отличаются бонской символикой. Иногда центральная фигура на рисованном знамени представляет самого царя Кэсара в белом одеянии, в шапке, похожей на тиару, украшенной перьями, в одежде, которую до сих пор носят профессиональные сказители эпоса в Северо-Восточном Тибете. Обычно вокруг центральной фигуры сгруппированы эпизоды чудесной жизни царя Кэсара: его борьба с демонами и оборотнями, появлявшимися в виде черных яка, лошади, козы; уничтожение трех воронов — недобрых вестников; женитьба Кэсара на Другмо; его битва с могучим царем демонов севера; война Кэсара с тремя царями Хора и др. Композиция этих картин-свитков несет явные следы буддийского влияния и очень напоминает буддийские танки, изображающие жизнь знаменитых буддийских учителей и святых. Такие танки Кэсара вывешиваются во время декламации эпоса бродячими сказителями, и это опять же похоже на следование известному обычаю изображения назидательных буддийских драм, например, истории царевича Вессантары или намтара Дримед Кундана. Иногда известные эпизоды эпоса о Кэсаре составляют темы фресок в частных домах богатых тибетцев. А.Г. Франке [61] видел одну такую фреску, изображающую войну со страной Джанг, в садовом доме (rab-gsal) в Чангпа, селении, расположенном в полумиле от Леха в Ладаке. Следует добавить, что такие фрески встречаются очень редко.

Изображения, принадлежащие ко второй группе, представляющие Кэсара как Гуань-ди, весьма многочисленны и относятся к XVIII - началу XIX вв., когда маньчжурская династия много делала для распространения культа своего божества-защитника, удобства ради уподобленного кочевническому царю-воину Кэсару. Многочисленные бронзовые изображения царя Кэсара представляют его сидящим на троне в западной манере, это работы мастеров Долон-нура (XVIII в.). Большие глиняные и бронзовые изображения Кэсара-Гуань-ди имеются в многочисленных Кэсар лхакхангах, или храмах Кэсара, в селениях Амдо в Северо-Восточном Тибете [62]. Храмы, посвященные Кэсару-Гуань-ди, существуют также в Лхасе, где их называют «китайскими храмами», и в Урге (теперь Улан-Батор), столице Северной Монголии, а также во многих местах Внутренней Монголии и китайско-монгольского пограничья, где такие храмы обычно называют Гуанъ-ди-мяо или Гэсэр-сумэ, Все эти храмы относятся к маньчжурскому периоду.

Существуют также живописные изображения Кэсара-Гуань-ди, на которых царь Кэсар изображен рядом со своим конем, в доспехах и с алебардой, в сопровождении своего сына Гуань-пина, держащего ларец с печатью царя Кэсара, и оруженосца с алебардой. В нижних углах такой картины рисуют также волшебные лук и стрелы Кэсара, данные ему его божественным покровителем. На некоторых картинах, изображающих Кэсара-Гуань-ди, можно видеть и великого тибетского реформатора Цзонхаву (1357-1419),и двух его главных учеников Хайдуба и Чжецхаба,—знак того, что правящая школа гелугпа пыталась включить Кэсара-Гуань-ди в свой пантеон в маньчжурский период, несомненно, с официального одобрения.

В Монголии в некоторых гелугпинских монастырях исполняют особую мистерию, цам Гэсэра. Такие мистерии проводились в шестой месяц года в бывшем Далай Цонхор-ван хошуне и в монастыре Илагугсан-гегена в Западной Монголии. Ламы—участники этой мистерии изображали 32 воина— спутников царя Гэсэра, закованных в броню. Известно, что театральное представление подвигов царя Кэсара существует среди монголов-сан-чуань в провинции Ганьсу [63]. В самом Тибете подобные мистерии на основе эпоса о Кэсаре, как кажется, неизвестны. В конных состязаниях, называемых «Скачки за крепостью», проводящихся в Лхасе, за Поталой, конники, одетые в старинные тибетские доспехи, вооруженные луками и стрелами, как говорят, изображают воинов царя Кэсара. В Западном Тибете в верхнем Кунаваре весной отмечают праздник Кэсара. В Ладаке его называют праздником стрельбы из лука. Во время этого праздника поют «песню Линга», а мужское население развлекается стрельбой из лука. Про­цессии обходят поля для их благословения, алтари-лхатхо украшают све­жими ветками и жгут кедровые лучины [64].

Многие остатки древних памятников, разбросанные по всему Тибету, такие, как каменные ступени на склоне горных перевалов, разрушенные замки, рисунки на камнях и даже камни и скалы причудливой формы, обычно считаются принадлежащими к эпохе Кэсара [65].

В 1933 г. проф. М. Ростовцев [66] обратил внимание на серию сибирских и китайских блях в так называемом «зверином стиле», изображающих сцены битвы, охоты и борьбы. Эти бляхи могут также представлять иллюстрации к древнему кочевому эпосу, типичным представителем ко­торого является эпос о Кэсаре.

Суммируя результаты нашего обзора проблемы Кэсара, мы должны выделить следующие положения, разработка которых может привести к решению этой проблемы.

1. Эпос о Кэсаре в его изначальном виде представлял собой типичный героический эпос, поэтическую запись о старинных войнах между тибетскими и тюркскими племенами.

2. Тибетское Кэсар (Гэсэр) представляет собой римский титул «цезарь», принятый кушанскими царями, а затем заимствованный ханами центральноазиатских тюркских племен через Хотан, составлявший часть кушанской империи. От центральноазиатских тюрков титул Кэсар был принят тибетскими и тангутскими племенами на северо-востоке.

3. Рукописные версии эпоса о Кэсаре содержат больше архаизмов и ближе к начальной форме эпоса, чем устные или печатные версии. Рукописные версии имеют определенное сходство с северо-восточными тибетскими версиями эпоса.

4. Язык эпоса и названия местностей, упомянутых в тексте, указывают на северо-восток Тибета как на место происхождения эпоса.

5. Датировка эпоса не может быть установлена, но многочисленные параллели с историей царя Сонгценгампо (569-650) показывают, что эпос, должно быть, оформился после имперского периода тибетской истории. Основное ядро эпоса, вероятно, старше.

6. Монгольская версия эпоса представляет собой перевод с тибетского оригинала. Монгольские переводы тибетских личных имен и названий местностей показывают, что этим оригиналом, вероятно, была версия из Северо-Восточного Тибета.

7. Версия на языке бурушаски, найденная Д.Л.Р. Лоримером, является пересказом тибетской устной версии, по-видимому, балтистанской.

В заключение нужно подчеркнуть, что есть настоятельная необходимость ускорить изучение эпоса о Кэсаре. Давление современной цивилизации вынуждает носителей древних традиций уходить в глубины их гор, и сказители, хорошо знающие эпос о Кэсаре, встречаются всё реже.

Резюме

Уже более столетия эпос о Кэсаре, героическая сага Тибета и Монголии, известен исследователям фольклора, но до сих пор наше знание различных версий этого эпоса, его происхождения и влияния на эпос тибетских и монгольских кочевых племен не продвинулось вперед. Из-за недоступности Тибетского нагорья все еще невозможно составить обзор всех существующих версий тибетского эпоса о царе Кэсаре Лингском. Известно, что эпос существует среди различных племен кочевого пояса Тибетского нагорья, а особенно он популярен среди племен северо-востока: амдосцев, голоков, банаков и хорпа. Выдающийся русский исследователь Центральной Азии Г.Н. Потанин привел фрагменты амдоской версии эпоса, а автор данных заметок записал фрагменты еще одной версии, бытующей в Амдо. Д-р А. Г. Франке опубликовал местные ладакские версии эпоса. В 1931 г. французская исследовательница А. Давид-Нель опубликовала французский пересказ камской версии.

Язык эпоса, на который часто влияли разговорные диалекты Тибета, не позволяет сделать какие-либо выводы о датировке эпоса и его происхождении. В каждом районе эпос рассказывают на местном диалекте, но его сюжет, основные эпизоды жизнеописания царя Кэсара остаются неизменными. Отмечаются значительные различия в деталях, которые часто вводятся из местного фольклора и племенных эпических сказаний. Этот эпос существует в Тибете в рукописной, устной и печатной форме. Редкость рукописных версий приводит к значительному разнообразию устных. Язык устных версий не классический письменный тибетский, а стиль, приближенный к повседневной речи кочевников, с некоторыми архаизмами. Представляется, что эти устные версии выросли из рукописных. Последние демонстрируют определенное сходство с версиями Северо-Восточного Тибета, и язык рукописных версий указывает на северо-восток Тибета и Кам. Язык печатных версий ближе к классическому тибетскому. Сходство основных эпизодов указывает на существование исходного эпоса о Кэсаре, который, вероятно, появился среди тангутских и тибетских племен северо-востока. Представляются вероятными следующие стадии в эволюции этого эпоса.

1. Начальный эпос о Кэсаре — героический эпос, появившийся среди тангутских и тибетских племен северо-востока.

2. Рукописные версии эпоса (в некоторых дошедших до нас версиях доминируют буддийские элементы).

3. Печатная сокращенная версия эпоса, «отредактированная» в школе ньингмапа в Каме (монастырь Дзогчен в Дерге).

4. Устные версии эпоса, сильно окрашенные местным фольклором.

Эпос о Кэсаре в своем изначальном виде представлял собой типичный героический эпос, поэтическое свидетельство о древних войнах между тибетскими и тюркскими племенами. В своей первоначальной форме эпос о Кэсаре, вероятно, имел добуддийскую основу, даже в современном тексте эпоса можно найти частые аллюзии с боном, древней религией Тибета.

Язык эпоса и названия местностей, упомянутых в нем, — всё указывает на северо-восток Тибета как на место происхождения эпоса.

Эпос нельзя датировать, но многочисленные параллели с историей царя Сонгценгампо (569-650) указывают, что эпос, вероятно, приобрел законченную форму после имперского периода тибетской истории, хотя основное ядро эпоса должно быть старше.

Монгольская версия эпоса представляет перевод с тибетского оригинала. Монгольские транскрипции тибетских личных имен и названий местностей показывают, что оригиналом, вероятно, была северо-восточная тибетская версия.

Слово Кэсар (Гэсэр), скорее всего, представляет собой транскрипцию римского титула «цезарь», заимствованного тибетскими и тангутскими племенами Северо-Восточного Тибета из Хотана. 

Примечания:

1.  Pallas P.S. Reisen durch verschiedene Provinzen des russischen Reiches. St. Petersburg, 1771-1776. III. S. 118-119; Pallas P.S. Sammlungen historischer Nachrichten iiber die mongolischen Volkerschaften. St. Petersburg, 1776-1801. I. S. 224.

2.  Bergmann B. Nomadische Streifereien unter der Kalmucken. Vol. II. Riga, 1804. S. 205-214. Vol. IV. Riga, 1805. S. 181-214.

3.  Тимковский E. Путешествие в Китай через Монголию в 1820 и 1821 гг. СПб., 1824. Т. 1. С. 281-297. (Существует английский перевод этого труда, опубликованный в Лондоне в 1827 г. с примечаниями Я. Клапрота).

4.  Schmidt I.J. Die Thaten Bogda Gesser Chan's. SPb., 1839. (Это издание перепечатано в 1925 г. в серии «Die heiligen Bucher des Nordens», I, Berlin).

5.  Козин C.A. Гэсэриада. M., 1935.

6. Schott W. Uber die Sage von Geser-Chan // Abhandlungen der Berliner
Akademie, 1851. S. 263-295.

7.  Потанин Г.Н. Тангутско-тибетская окраина Китая. СПб., 1893. Т. П. С. 3.

8.  Francke А.Н. Der Friihling und Wintermythus der Kesarsage: Beitrage zur Kenntnis der vorbuddhistischen Religion Tibets und Ladakhs // Memoires de la Societe Finno-Ougrienne, XV, Helsingfors.

9.  Эта западнотибетская версия была получена Франке из поселка Шех в Ладаке. Еще одна ладакская или западнотибетская версия, отличающаяся в деталях, но сходная по духу, была получена Франке из селения Кхалаце, и именно эта версия на оригинальном ладакском диалекте с английским резюме и примечаниями была принята для публикации Азиатским обществом Бенгалии и печаталась еще в 1905-1909 гг. Она была, наконец, опубликована в 1941 г., через восемь лет после смерти д-ра Франке, вместе с английским переводом полной версии Шеха, указателем имен и прочими связанными с ней материала­ми, собранными и публиковавшимися Франке в журнале «Indian Antiquary» еще в 1901-1902 гг., с введением к саге о Кэсаре проф. С.К. Чаттерджи и предисло­вием Франке.

10. Bell Ch. The People of Tibet. Oxford, 1928. P. 10.

11.  David-Neel A., Lama Yongden. La Vie surhumaine de Guesar de Ling. Paris, 1935. P. XVI.

12.  Laufer B. JAOS, 1932. Vol. 52. № 1. p. 95.

13.  Потанин Г.Н. Тангутско-тибетская окраина... Т. П. С. 3-44, 114.

14.  Rockhill W.W. Diary of a Journey through Mongolia and Tibet. Washington, 1894. P. 130; Rockhill W.W. Land of the Lamas. P. 94.

15.  David-Neel A... La Vie...

16.  Tafel A. Meine Tibetreise. Leipzig, 1923. S. 374.

17.  Потанин Г.Н. Тангутско-тибетская окраина... Т. I. С. 442.

18. Roerich G. Trails to Inmost Asia. Yale University Press, 1931. P. 360.

19.  Francke A.H. Der Friihlingsmythus...; Franke A.H. The Spring Myth of the Kesar Saga // Indian Antiquary, 1901. Vol. 30. P. 329-341; 1902. Vol. 31. P. 32-40, 147-157; Franke A.H. A Lower Ladakhi Version of the Kesar Saga // Bibliotheca Indica. Calcutta, 1905-1909. Pt. 1134, 1150, 1164, 1218.

20. Козин С А. Гэсэриада... С. 223.

21.  Потанин Г.Н. Этнографическое обозрение. Т. 21. № 2. С. 22-23.

22. Franke A.H. The Spring Myth of the Kesar Saga // Indian Antiquary, 1901. Vol. 30. P. 330.

23. Поппе H. О некоторых новых главах Гэсэр-хана // Восточные записки. Л., 1927. Вып. 1. С. 190-200.

24. Рорре N. Geserica // Asia Major. III. Fasc. 1. P. 3.

25. Schmidt I.J. Die Taten... S. 8; Козин C.A. Гэсэриада... С. 40.

26. Laufer В. WZKM, 1901. Vol. 15. P. 77-107.

27. Владимирцов Б.Я. Монгольский сборник рассказов из Панчатантры. Л., 1925. С. 449.

28. Рорре N. Geserica... Р. 192.

29. Ibid. Р. 193.

30. Козин С.А. Гэсэриада... С. 13.

31.  Поппе Н.Н. Проблемы бурят-монгольского литературоведения // Запис­ки Института востоковедения. 1935. № 3. С. 23.

32. Жамцарано Ц. Эпос бурят-эхиритов. Пг., 1918. С. 27.

33. Bergmann В. Nomadischen Streifereien. Riga, 1804.

34. Тимковский Е. Путешествие... Т. 1. С. 280-297; Pallas P.S. Mongol... P. 103; Позднеев A.M. Сказка про сражение Гэсэр-хана с Андалмой (Калмыцкие сказки, VII) // Записки. 1896. Т. 9. С. 41-58.

35. Рорре N. Geserica... Р. 23.

36. Поппе Н.Н. Проблемы... С. 19.

37.   Владимирцов Б.Я. Монголо-ойратский героический эпос. Пг.-М., 1923. С. 21.

38.   Lorimer D.L.R. The Burushaski Language. Oslo, 1935. Vol. II. P. 100-179; Lorimer D.L.R. Folk-Lore. 1931. Vol. 42. № 2.

39.   Roerich G. Trails... P. 359.

40.   Pelliot P. JAs. 1914. № Ц. p. 144; Thomas F.W. JRAS. 1931. P. 828.

41.  Pelliot P. La Theorie des Quatre Fils du Ciel // T'oung Pao. 1923. Vol. 22. № 2. P. 97-125.

42.  Bacot J. Le mariage de Sron-btsan sgan-po. P. 16.

43.  Marx K. History of Ladakh // JASB. 1891. Vol. 60. № 3. P. 116.

44.  Pelliot P. J.As. 1912. № 11. P. 520-523; T'oung Pao. 1920. № 1. P. 323-325.

45.  PadmabKa'i than-yig. P. 165a; rGyal-rabs Bon-gyi 'byung-gnas, ed. S.C.Das, Calcutta, 1915. P. 15.

46.  La-dwags-kyi rGyal-rabs. Franke A.H. Antiquities of Indian Tibet. Vol. I. P. 20.

47.  rGyal-rabs... ed. S.C.Das. P. 15.

48.   Radlov V. Die altturkischen Inschriften d. Mongolei. SPb., 1895. Vol. 3. S. 429; Радлов B.B., Мелиоранский П. Древние тюркские памятники. СПб., 1897. С. 17.

49.   Thomas F.W. JRAS. 1931. Р. 830.

50.    Stein A. Ancient Khotan. P. 580; Pelliot P. J.As. 1914. № 1. P. 498-499; 1923. № 1. P. 83-88; Laufer B. Sino-Iranica. P. 436-437.

51.  rGyal-rabs..., ed.S.C.Das. P. 30.

52.  Gruenwedel A. Globus. Vol. 78. P. 98.

53.  Thomas F.W. JRAS. 1931. P. 831.

54.  Leumann E. Maitreya-samiti. Strassburg, 1919. Pt. II. P. 152.

55.  Leumann E. Das nordarische (sakische) Lehrgedicht. Pt. III. P. 410 — Kysar-kula.

56.  Luders. Epigraphische Beitrage. Sitz. d. Akademie. Berlin, 1912. S. 824; Konow S. Kharoshthi Inscriptions // Corpus Inscriptionum Indicarum. Vol. II. Pt. 1. Calcutta, 1929. P. 162-165.

57.  Franke A.H. Antiquities... Vol. II. P. 93.

58.  Bell Ch. The Religion of Tibet... Oxford, 1931. P. 14.

59.           Franke A.H. A Ladakhi Bonpa Hymnal // Indian Antiquary. 1901. Vol. 25. P. 359; Franke A.H., Paalzow A. Tibetische Lieder // Mitt. d. Or. Seminars in Berlin. S. 99-100. О gLing-glu, собранных А.Г. Франке в Ладаке в селениях Phyan, Kha-la-rtse, см.: Franke A.H. Marriage Ritual in W.Tibet // Indian Antiquary. 1901. Vol. 30. P. 131.

60.  См. танку Кэсара в тибетской коллекции Музея Гимэ в Париже.

61.  Franke A.H. Antiquities...Vol. I. P. 79.

62.  Потанин Г.Н. Тангутско-тибетская окраина... Т. I. С. 397.

63.  Там же. С. 378.

64.  Franke A.H. gLing-chas // Hasting's Encyclopaedia of Religion and Ethics. Vol. 8. P. 78a.

65.  Roerich N. The Sword of Ghessar Khan // Educational Review. 1936. December; Rockhill W. Journey through Mongolia and Tibet. P. 165.

66.  Rostovtseff M. The Great Hero of Middle Asia and his Exploits // Artibus Asiae. 1930-1932. № 2/3. P. 99-117. With a note by G. Roerich. 

Journal of the Royal Asiatic Society of Bengal (Letters) Calcutta. 1942. Vol. VIII. № 2 

Также на эту тему: 

Картинная галерея. "Образ Гесер-хана в творчестве Николая Рериха" 

Гесер-хан в творческом наследии семьи Рерихов. Подборка

"Сказание о Гесер-хане. По материалам статьи Ю.Н Рериха"  

 Гесэриада и ее герой Гесэр-хан  в работах Н.К. Рериха и Ю.Н. Рериха